Ех, братаны, привет вам из дурдома, где я работал санитаром и одновременно закладки делал! Нет, нет, не те, что на mind-altering вещества, а те, что в мозгах у этих чудаков глючат, как старый компьютер!
Слушайте, а вы знали, что санитаром в психушке можно работать, даже если варишь ешку? Ну я вот не знал, пока не снюхал сам эту штуку. Короче, нанюхался легкой амфетаминоидной забавы и понял, что нужно прокачать свое карманное содержание, чтобы не было запахов.
И вот, бродя по углам города, я встретил своего чечика. Ему то идея понравилась, и он сказал, что знает место, где можно быстро наколоться и заработать. Он ведь сам уже третий месяц работает в одной психушке. Зоркость у него там нужна, как нигде, потому что эти пациенты жгут не хуже народа на рейве!
Чечик: Слышь, чувак, я учу малоумных играть в шахматы!
Я: Братишка, я только и ждал, чтобы вторяк последовал!
И вот, мы с чечиком, как пара дурочек, помчались на работу. Всю дорогу он рассказывал, какой там хаос, и какие у него анекдоты про этих психов. Один из них - это тип, который всегда уверен, что у него за углом закладка в виде тайного плана создания мирового правительства.
| Братан | Странная штучка |
|---|---|
| Ха, бабки, это всего лишь запахи знаменитого монарха из |
Уууу, осторожнее, психи опять взялись за крики "эксперименты над людьми"! |
Зайдя в зловещее здание, мы глянули друг на друга и размазали эти горячие улыбки по своим лицам. Тут эпичность событий только начиналась, ведь мы выбрались из городской джунгли и попали прямиком в логово настоящих воинов апокалипсиса!
Дурдом - это, наверное, единственное место, где городская жизнь выглядит совершенной нормой.
В первый же день, когда я оказался на работе, мне показали суету и дическую эпопею, которую там разворачивают психи. Я иду по коридору, а тут набегает какой-то слегка оглоед. Он мне что-то веселое говорит про гигантскую фуру, запаркованную прямо под окнами. И я понимаю, что попал в секту поклонников гигантских гаражей!
Но работа-то не ждет! Мне надо заняться своими пациентами. И первый на очереди - Чебурашка. Нет, не тот, который с домофона кричит про главного героя. А тот, что заключен в своем мире, где все из розовых слоников и плюшевых единорогов.
Чебурашка: Привет-привет! Ты ешка золотого цвета? А моя твоя не понимает, что если увидишь вторяк, то все равно придется затемно.
Разговор с Чебурашкой меня поразил, потому что его фантазия была настолько красочной и богатой, что нанюхаться было даже не нужно. Но после такой закладки в мозгу санитара, я погрузился в свою роль по полной программе.
И так, братья и сестры, работа санитара в дурдоме - это как быть в режиме постоянной вечеринки. Если только вечеринка происходит в кривом восприятии реальности. Здесь каждый пациент - это точно какой-то экстравагантный гость, погрязший в собственной фантазии.
Скачками восприятия и неожиданностью событий можно стать составным элементом этого психоделического театра абсурда. Закладки в голове пациентов меняются на волосы на голове, словно крышки на банке с маринованными огурцами.
Итог:Работа в дурдоме - это вторяк в мире безумия. Ты каждый день делаешь закладки своим психикам и странствуешь по внутренним углам душ пациентов. Чувствуешь себя комиком, играющим в бессмысленую комедию жизни. И только изредка, на фоне этой безумной суеты, понимаешь, что такое настоящая нормальность, и как она драгоценна.
Все началось с того, что я купила закладки. Да-да, именно закладки, какие вы подумали! Я видела, как мои друзья отдуплялись от этой маджонщины, которая каждый день нарасхват продавала свои штуки. Вся наша компания уже давно сидела на игле, и я решила, что настал мой черед вступить в клуб наркоманов. Ведь только тогда ты можешь быть настоящим звездным рэпером, правда?
Я подошла к продавцу наркотиков, который уже стал для нас почти равным богу. Лет пятьдесят, борода седая, словно Гертруда, но взгляд его был таким проницательным, что я поняла – это мой человек. Передозы, шурупы, пудры – он знал все об этих вещах, и я сразу поняла, что нашла настоящего наставника в мире наркотиков.
Вот и настал тот день, когда я решила бросить школу и посвятить себя только наркотикам и, конечно же, моей мечте – стать моделью. Я знаю, что это звучит сумасшедше, но я мечтаю о париже, о модных показах, о ярких огнях фотосессий. Я просто знаю, что там, на модных подиумах, я могу найти свое истинное предназначение.Моя жизнь сразу же изменилась, потому что я стала наркоманкой. Вместе с нашей командой мы снова загружались на закладки, отдуплялись до потери пульса и вместе смеялись над всеми проблемами этого мира. Мир наркотиков – это совсем другое измерение, где все проблемы исчезают, а ты осознаешь, что главное – это жить здесь и сейчас.
Я смогла проникнуть в самые таинственные клубы, где все лицемеры и принципы морали были обречены на уничтожение. Там я встретила множество интересных людей, которые, как и я, искали себя в этом безумном мире. Они были моей семьей, моими друзьями, моими союзниками в борьбе за свободу и самовыражение.
Но, конечно, не все было так радужно, как мне хотелось. Каждый день я знала, что я подвержена опасности передоза, что мое тело все больше и больше становится зависимым от этих дьявольских веществ. Но я решила не думать об этом, я выбрала свой путь и была готова идти до конца, даже если это могло оборвать нить моей жизни.И вот, в один прекрасный день, достался мне на глаза флаер с объявлением о модельном кастинге. Как будто судьба подкинула мне шанс, чтобы я осуществила свою мечту. Я решила пойти на этот кастинг, даже несмотря на свой наркотический образ жизни.
Я пришла на кастинг с накачанными губами, искрящимися глазами и изысканным наркоманским шиком. Я была уверена, что именно такой образ привлечет внимание директоров модных агентств. И я не ошиблась – меня взяли на первую фотосессию! Я была счастлива, я словно допила коктейль из мечты и наркотиков, осознавая, что я взлетела на вершину этой безумной жизни.
Конечно, моя жизнь стала еще более безумной и непредсказуемой. Я путешествовала по миру, работала с известными фотографами и дизайнерами, покоряла новые вершины красоты и моды. Но задним умом я понимала, что все это – всего лишь мираж, который рано или поздно рассыплется в пыль.